Свободный туризм. Материалы.
ГлавнаяПриглашаю/пойду в походПоходыСнаряжениеМатериалыПутеводителиЛитератураПовествованияЮФорумНаписать нам
Фото
  Литература     Восьмитысячники     Антарктида     Россия     Беллетристика  


Аннотация

СНОВА ТРУБИТ ТРУБА

Развилка дорог

Специальность - гляциология

Неожиданный звонок

Еду к американцам

Дорога ведет в Карачи

В итальянском "Дугласе"

«ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА МАК-МЕРДО, СЕР»

Первые американцы

В Крайстчерче

Штаб операции "Глубокий холод"

Перелет в Мак-Мердо

Первый день новой Антарктиды

"Добро пожаловать на Мак-Мердо, сэр!"

На Южном полюсе

Обратно в Мак-Мердо

НАЧАЛО ЗИМОВКИ НА ОСТРОВЕ РОССА

Железнодорожный вагон и горная хижина

Знакомство с Мак-Мердо

"Куда садиться, Игор?"

"Полевой ассистент" Дейв Кук

Рыбацкий дом

Офицерская кают-компания

Русский класс

Баллада о флагах

Научная группа Мак-Мердо

ЗИМА ГОДА СПОКОЙНОГО СОЛНЦА

День зимнего солнцестояния

Чифы

НА ЗЕМЛЕ ВИКТОРИИ

Тайна горячего котла

Метеориты Антарктиды

Загадки островов Дейли

"Le Roi est mort. Vive le Roi!"

Фотографии-1

Фотографии-2

Год у американских полярников - И.А. Зотиков

Первый день новой Антарктиды

Задняя наклонная половина пола грузового отсека, заваленная ящиками, медленно, словно подломившись, поползла вниз, образовав широкий выход. Ослепительный свет солнечного дня, усиленный сверканием снега, залил помещение, погасив тусклое мерцание амбарных ламп под потолком. Пахнуло морозным воздухом. В просторном проеме этого выхода видны были фигурки людей в красных, как у меня, или ярких зеленых одеждах. Треща, подошел тоже красный трактор с красными санями на прицепе. Люди в зеленом бросились внутрь самолета и начали лихорадочно, как на пожаре, перебрасывать ящики и тюки на сани. Вновь приехавшие поспешили оттащить свои вещи в сторону. По-видимому, парни грузили "казенный" груз. Мы с Крери тоже бодро потащили свои мешки и ящики к выходу. Люди в красном подбежали к нам. Крери знал их всех. Беглые жизнерадостные приветствия, какой-то быстрый разговор. Парни с интересом взглянули на меня:

- А ю рашен? - И мои вещички взлетели на засаленные потертые плечи парней.

- Кам он, бой!

Жест, сопровождавший эти слова, красноречиво показал значение слов "давай-давай!". В стороне стоял зеленый гусеничный тягач непривычного вида: восемь обычных автомобильных колес, по четыре с каждой стороны, на колеса натянуты резиновые гусеницы. Сзади, как продолжение кабины водителя, помещение с окнами для пассажиров. Что-то вроде автобуса, только без удобств. Все грубо рабочее, железное, угловатое.

Вещи полетели в машину, все полезли за ними, разместились кто где. По бокам кузова - деревянные скамьи. Некоторые сели на них, остальные полезли на кучу вещей, сваленную в середине. Осмотрелся. На стене черной краской надпись: "Пятнадцать человек, не более". Слово "человек" зачеркнуто синим фломастером и над ним вписано: "заключенных".

Ага, это юмор местных полярников, причем, судя по настроению, середины полярной зимы.

Кто-то сел за рычаги, покопался на доске приборов. Собственно, приборов на ней не было, от них остались лишь пустые глазницы. Водитель достал из одной такой глазницы два проводка, соединил их. Сверкнула искра, мотор сразу завелся, и мы рывком взяли с места. Впереди Мак-Мердо - цель пути. Позади километрах в двадцати, на противоположном берегу залива Мак-Мердо, - цепь заснеженных гор.

Тихо, солнечно, тепло. Хороший летний день в любом месте на побережье Антарктики напоминает солнечный день в первых числах марта в Подмосковье или в июле на ледниках Кавказа. Красок столько... Когда я вернулся домой после моей первой зимовки, то даже летом в лесу или на реке, на лодке, ловил себя на мысли, что дома в яркий летний день краски, их яркость, количество оттенков много беднее, чем там, откуда мы вернулись.

А вездеход рычит, клюя носом на ухабах. Ребята показывают нам тюленей. Они лежат совсем рядом с дорогой, спят. Лишь некоторые поднимают недовольно головы, когда рядом проходит машина.

Мелькает мысль: тюлени-то совсем ни к чему, ведь это значит, что мы на морском льду и не в самой его прочной части. Хотя какая может быть прочная часть в середине января, по-здешнему во второй половине лета? Соображаю: Люк наверху закрыт. Не выскочишь.

"Давно не ездил по льду, привыкай!" - говорю я себе, стараясь снять напряжение сразу подобравшегося тела. Посматриваю на соседей. Пассажиры, те, кто в еще новеньких куртках, чуть подобрались, но тоже не подают виду, только разговаривают поменьше. Все как бы интересуются тюленями... Ситуация в точности как в Мирном...

Наконец, последний, самый сильный кивок носом в месте, где больше всего тюленей, у самого берега, и машина выезжает на землю. Все облегченно заговорили. Все-таки всегда как-то неприятно проезжать живую трещину. Потом привыкаешь, а сначала неприятно. Как бы ни была засыпана такая трещина снегом, она всегда будет между морем и берегом. Ведь море "дышит". Прилив - отлив, метр вверх - метр вниз... Поэтому вдоль берега, на границе плавающего и лежащего на грунте льда, всегда трещина.

Дальше шла ровная, иногда на два-три метра выше окружающих ее мест, насыпная дорога. Проехали один, потом второй развилок. Движение стало оживленнее. Навстречу все чаще попадались тяжелые зеленые грузовики.

В машинах - молодые, деревенского вида загорелые парни. Зеленые засаленные куртки, странные шапки-ушанки вроде финских, с козырьками. Руки подняты в приветствии. По-видимому, это закон всех замкнутых коллективов. Вы встречаете машину соседа пять раз в день и каждый раз - салют друг другу рукой, сигналом или светом.

Проехали маленький перевальчик между холмами, и открылась новая перспектива. Дорога идет вдоль залива, метрах в пятистах от берега. До самого берега нет снега. Там и сям кучи черной земли. Чуть посветлее наезженные ленты дорог. Беспорядочно разбросаны красные, синие, белые дома, полукруглые зеленые бараки, похожие на бочки, положенные боком и наполовину врытые в землю. Высокие, из гофрированного железа, с двухскатными крышами здания - то ли склады, то ли мастерские. Между зданиями виднеются бухты кабеля, листы металла, какие-то заржавевшие машины. В стороне виднеется островерхая возвышенность; это Обсервейшен-холм. Ближе к берегу - две небольшие ровные площадки. На черном фоне земли четко выделяются ярко-красные вертолеты. А дальше, создавая резкий контраст, блестит снег на льду замерзшего моря.







  
В 99 м году я сделал это так: 1. Купил 3 кг мяса (вырезка). 2. Сварил его посолив чуть сильнее и варил чуть дольше 3. Разрезал на слои по сантиметра 4 толщиной 3. 1 Разлущил пальцами на волокна спички 4. (Самый изврат) Взял коробку из под телевизора, в боку прорезал дырку для тепловентилятора (покатит и мощный фен или два фена). Сверху коробку
Шлюзы. Мы с Джорджем фотографируемся. Уоллингфорд. Дорчестер. Эбингдон. Отец семейства. Подходящее местечко, чтобы утопиться. Трудный участок реки. Деморализующее влияние речного воздуха Рано поутру мы покинули Стритли, прошли на веслах до Калэма, ввели лодку в заводь и, натянув над собой брезент, легли спать. Река между
История с точки зрения туриста и краеведа (Раздел написан при участии А. В. Коваленко и И. X. Богатырева) Если хочешь сказать правду, держи наготове оседланную лошадь. (Кавказская народная мудрость) Достоверными источниками, по которым пишется история, служат археологические находки, летописные
Редактор Расскажите
о своих
походах
Обычно небольшая по весу и по размерам палаточная печь в лыжном походе столь сильно влияет на все лагерное хозяйство, быт, состав работ и распределение стояночного времени, что почти каждая группа использует, а в большинстве случаев и изготавливает эту печь по своему.
Родился 20 ноября 1908 года в семье учителя русского языка. До 1925 года жил на родине отца в Черниговской области. Получил там среднее образование. Так писал в 1969 году в автобиографии Евгений Андрианович Белецкий. Половину населения украинского села Дмитровка Черниговской
Категория сложности: 2Б (2. 1. 5) Высота: 4400 Характер: снежно ледово осыпной Ориентация: юг север Расположение: В главном хребте Терскей Алатау между вершинами Бригантина и МГМИ. Связывает ледник Караколтор Восточный и ледник Бригантина. Пройден: 28 августа 2002


0.060 секунд RW2